27 ЯНВАРЯ 2008 ГОДА в одной из клиник Джакарты скончался бывший Президент Индонезии Сухарто. На смертном одре он с каким-то нечеловеческим упорством боролся с недугами, навалившимися на него. В течение нескольких недель 86-летний пациент не раз терял сознание, но снова приходил в себя, опровергая один пессимистический прогноз за другим, пока наконец его силы не иссякли.

Все это время индонезийские и мировые СМИ провожали Сухарто, что называется, в последний путь. К бюллетеням о состоянии его здоровья прилагались пространные обзоры и оценки его деятельности. Писали, в общем, об одном и том же - о том, например, что со второй половины 60-х и до конца 90-х годов ХХ столетия Сухарто крепко держал в руках бразды правления и обеспечивал национальной экономике высокие темпы роста. Попутно отмечали, что за это достижение он вознаградил себя с лихвой: совокупное богатство его клана исчисляют десятками миллиардов долларов. Вспомнили, как жестоко пострадала Индонезия от азиатского кризиса 1997 - 1998 годов, какие общественные противоречия он обнажил и с каким треском рухнул в мае 1998 года режим Сухарто, казавшийся незыблемым.

Наконец, буквально во всех публикациях такого рода всплывали словосочетания события 1965 года , антикоммунистический террор , кровавый переворот - формулы, рожденные временем, когда некий генерал, не слишком выделявшийся среди товарищей по оружию , вдруг превратился в героя дня , берущего реальную власть, а там и президентские регалии. Многие стороны этой метаморфозы не ясны до сих пор. Тайну своего возвышения, как и событий 1965 года вообще, Сухарто унес в могилу, констатировали авторы некрологов.

Так ли важно знать эту тайну сегодня? До того ли индонезийцам, переживающим после падения Сухарто не самые спокойные годы? Взглянув на полки местных книжных магазинов, трудно не поддаться впечатлению, что правда о событиях 1965 года стала насущной потребностью: книги и брошюры на эту тему стоят рядами. Газетных статей и публикаций в Интернете не перечесть.

О чем свидетельствует подобная ситуация? Вероятно, о глубине политического и психологического перелома, переживаемого нацией, о тяжести травм, нанесенных ей в прошлом, об ощущении, что залечить их и двинуться вперед сообща нельзя, не уяснив со всей возможной полнотой, что именно случилось в том памятном году.

Но обостренный, не стихающий интерес к событиям 1965 года имеет и другое объяснение. Ни одно свидетельство, ни одно аналитическое усилие, ни даже совокупность подобных свидетельств и усилий пока не дали достаточно внятной и внутренне согласованной картины этого явления. В чем тут дело? Каковы наиболее значимые результаты поисков, предпринятых до сих пор? Что и как делать дальше? Прежде чем разбираться в этом, стоит кратко напомнить о предыстории и канве государственного переворота, произошедшего в Индонезии в 1965 - 1967 годах.

Движение 30 сентября 1965 года

К НАЧАЛУ 60-Х ГОДОВ ХХ ВЕКА в Индонезии сложилась система власти, известная как направляемая демократия . Ключевой фигурой в ней был Сукарно - отец-основатель независимой республики, объявленный в 1963 году ее пожизненным президентом. Имея диктаторские полномочия, он не был, однако же, всемогущ, ибо рядом возвышались еще две крупные силы - армия и компартия. Сотрудничая с обеими, искусно лавируя между ними и держа их в состоянии равновесия, глава государства как раз и обеспечивал свое верховенство в индонезийской политике. Но продолжаться вечно так не могло: в середине 1960-х годов экономическое положение страны опасно ухудшилось, пошатнулось и здоровье великого вождя революции (как официально именовали Сукарно). При этом и сам он, и лидеры левых все чаще повторяли: на смену национально-освободительному этапу индонезийской революции идет этап социалистический.

Командование сухопутных войск, где задавали тон антикоммунисты, реагировало на подобные заявления без всякого энтузиазма. Оставалось гадать, при каких обстоятельствах армейские правые схватятся с красными и чем закончится их бой. Если в активе у первых были штыки, броня и связи с США, то вторые как будто имели возможность опереться на массы. В Коммунистической партии Индонезии (КПИ) состояло тогда порядка 3 млн. членов. Профсоюзы, молодежные, женские и другие организации, связанные с ней, объединяли еще 16 млн. человек. Подобно Сукарно, верхушка компартии согласовывала свои маневры с маоистским Китаем и ожидала от него разнообразной помощи. Зоны влияния КПИ имелись и в вооруженных силах - на уровне командного состава авиации и флота, а в какой-то мере и офицерства сухопутных войск.

Слухи о заговоре генералов, замышляющих путч для пресечения дрейфа Индонезии влево, и догадки об упреждающей акции, планируемой коммунистами, будоражили Джакарту с первых дней 1965 года. Развязка последовала в ночь с 30 сентября на 1 октября: столичные резиденции видных военачальников - главкома сухопутных войск Ахмада Яни, пяти генералов из его ближайшего окружения, а также министра обороны А. Х. Насутиона - подверглись вооруженным нападениям. Приказы о налетах отдавал подполковник Унтунг – командир