Все говорят: Пиночет, Пиночет! Но чилийский экс-диктатор не годится в подметки индонезийскому генералу Сухарто, правившему страной с 1966 по 1998 год одновременно и кровавой, и загребущей рукой. На его счету 15 миллиардов украденных из казны долларов. И 500 тысяч перебитых коммунистов. Конечно, в отношении необузданного диктатора было бы правильней говорить, не украл , а взял свое . Однако процесс взятия сопровождался таким растлением экономики и чиновничества, ею управляющего, что в момент, когда разразился азиатский кризис, Индонезия впала в кому. Что же касается коммунистов, то с ними, конечно, надо бороться. Но чтобы с такой производительностью… Кстати, Сухарто ушел так же, как и пришел, по колено в крови. Во время волнений, связанных с его отставкой, погибло 1200 человек.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что с самого момента ухода Сухарто предпринимаются попытки дать юридическую оценку его деятельности на протяжении 32 лет. Если бы диктатор ушел немощным старцем с двумя парадными мундирами в шкафу и преданным денщиком в привратницкой, то общество, вероятно, разделилось бы на соотносимые лагеря противников и сторонников диктатора. Однако его мощный семейный клан, перекачавший огромные суммы на фамильные счета, свел число сторонников до мизерной величины. В сторонниках ходят лишь те, кто был при дворе и собирал объедки с царского стола.

Между тем Сухарто уже третий год успешно играет в жмурки с индонезийской Фемидой. Пришедший в 1998 году президент Хабиби, который при диктаторе был вице-президентом, заявил, что, может быть, генерал и воровал, но доказать это невозможно. Новый президент Абдуррахман Вахид полон решимости довести дело до конца, но и у него ничего пока не получается. На прошлой неделе в Джакарте наконец-то состоялся суд. Ему предшествовали массовые демонстрации противников и взрывы (в частности взрыв на фондовой бирже, где погибли 15 человек), предположительно организованные младшим сыном Сухарто Томми.

В результате суд в очередной раз признал, что состояние здоровья 79-летнего генерала, перенесшего инсульт, не позволяет привлечь его к судебной ответственности. Консилиум констатировал, что у Сухарто очень высокое давление и говорить он не может. В точности как и у Пиночета, который, вырвавшись из британского плена, на аэродроме чуть ли не сплясал перед толпой встречавших его поклонников.

Президент Вахид остался крайне недоволен решением суда и объявил о том, что будет добиваться обжалования в высшей судебной инстанции и привлечения к процессу истинно честных и неподкупных судей. И у него есть на то все основания, поскольку весной независимая медицинская комиссия констатировала, что Сухарто, конечно, нездоров, однако в состоянии присутствовать в зале суда. Правда, найти честных и неподкупных судей будет непросто. По свидетельству, например, президента Всемирного банка Джеймса Вулфенсона, который посетил Индонезию в феврале, коррупцией охвачена вся страна: и верхушка, и средний класс и даже беднейшие слои общества.

При этом Вахид настроен отнюдь не кровожадно по отношению к Сухарто. Он не намерен сгноить его на нарах, а обещал помиловать в зале суда, если, конечно, Сухарто признается в своих прегрешениях и вернет стране хотя бы часть награбленного. Именно часть, поскольку в материалах прокуратуры фигурирует сумма в 570 миллионов долларов. Хотя в парламенте имеется личное письменное распоряжение Сухарто о перекачивании в банк сына нескольких миллиардов.

Понятно, что Вахид не спустит это дело на тормозах. Потому что у него есть два мощных мотива. Во-первых, он стал президентом во многом благодаря тому, что обещал разобраться с кровососущим кланом Сухарто. Чем дольше будет затягиваться процесс, тем круче вниз пойдет кривая его популярности. Во-вторых, бороться с гнилью коррупции необходимо начиная с головы. Без юридическим образом оформленного осуждения сухартовщины невозможно излечение общества, прогнившего сверху донизу, невозможен и подъем экономики. А полудохлая экономика в значительной мере провоцирует и националистически-религиозные бесчинства и в Западном Тиморе, и на Молуккских островах.

В ходе процесса над папой-Сухарто суд все же отважился осудить его младшего сына - 37-летнего Хутомо Мандала Путра, которого все зовут запросто Томми. Ему инкриминировалась лишь малая толика содеянного - присвоение 11 млн долларов в результате махинации с земельными участками. Дали полтора года, с чем он категорически не согласился. Но тут же отпустили домой, назначив начало отбывания срока на минувший понедельник. В понедельник никто и не попытался надеть на Томми наручники. Во вторник же он обратился к президенту с неким меморандумом, в котором все-таки признал себя виновным, но при этом попросил помилования и отсрочки наказания до тех пор, пока будет рассматриваться возможность его помилования.

Да, Абдуррахману Вахиду в наследство досталась очень непростая страна, живущая по понятиям, установленным на долгие годы диктатором Сухарто…